Петербург в русской классической поэзии

    Красуйся, град Петров, и стой Неколебимо как Россия. . .

    А. С. Пушкин

    

    Петербург притягивает к себе внимание своей удивительной историей. Несомненно, этот город играет особую роль в русской культуре. Поэты всегда очень тонко чувствовали необычность Петербурга. Во все времена прежде всего поэты пытались запечатлеть яркие детали внешнего облика города и его внутренней непростой сути. С самого момента своего возникновения Петербург стал восприниматься не только как конкретный город, новая столица, но и как символ новой России, символ ее будущего.

    В стихах поэтов XIII века в адрес славного города раздаются возгласы удивления и восторга.

    

    Приятный брег! Любезная страна!

     Где свой Нева поток стремит к пучине.

    О! Прежде дебрь, се коль населена!

    Мы град в тебе престольный видим ныне.

    

    Так пишет о новой столице Василий Тредиаковский. В стихах Кантемира, Ломоносова, Державина и других поэтов той поры бросается в глаза частое упоминание античных богов и героев. Поэты стремятся подчеркнуть чудесный характер появления нового русского города, ведь он возник на болоте, в гибельном месте и при этом возник “вдруг”. Правда, в поэзии XIII века не принято было вспоминать о человеческих жизнях, которыми пришлось оплатить это “невское чудо”. Но в памяти народной жила страшная правда о жертвах Петербурга. Так в устном народном преданье зародился “мотив” вины Петербурга и его основателя, мотив будущей гибели проклятого города, столицы, построенной на костях. Этому мотиву суждена была долгая жизнь в русской литературе и в искусстве в целом. Пока же стихотворцы славословят Петербург и его основателя, императора Петра.

    И вот прошло сто лет со дня основания Петербурга. Громкая риторика и восторги постепенно уходят из русской поэзии. В стихах начала XIX века мы находим скорее выражение личной симпатии к Петербургу. Поэт Батюшков воспринимает его как произведение искусства, Вяземский пишет, что именно здесь произошел “юных русских муз блистательный рассвет”, а Баратынский называет Петроград “русскими Афинами”.

    В общих чертах образ северной столицы в поэзии начала XIX века — это город больших надежд, благородных стремлений, город Пушкина и декабристов. Пестрота петербургской жизни отражена в первой главе А. С. Пушкина “Евгений Онегин”, где во всем богатстве представлена лексика той эпохи: “вольность”, “гражданин”, Адам Смит, Руссо, Байрон, “томленье жизнью”, “охлажденный ум”, “буря”, “свобода”. В этой атмосфере создавались произведения поэтов-декабристов, в которых Петербург представал совсем в ином, непривычном свете. Так, у Бестужева-Марлинского наименование “Северная Пальмира” сменилось на “роскошный Вавилон”. У Рылеева Петербург — гибельное место:

    

    Едва заставу Петрограда

    Певец унылый миновал,

    Как раздалась в душе отрада,

    И я дышать свободней стал,

    Как будто вырвался из ада. . .

    (“Давно мне сердце говорило. . . ”, 1821)

    

    Пушкинский Петербург отличается противоречивостью, двойственностью вызываемых им чувств:

    

    Город пышный, город бедный,

    Дух неволи, стройный вид,

     Свод небес зелено-бледный,

    Скука, холод и гранит. . .

    

    Более чем вековая история Петербурга отражена в поэме А. С. Пушкина “Медный всадник”. Это одно из самых загадочных произведений русской литературы. Самому городу в этой поэме посвящены всем известные, гениальные строки:

    

    Люблю тебя, Петра творенье,

     Люблю твой строгий, стройный вид,

    Невы державное теченье,

    Береговой ее гранит,

    Твоих оград узор чугунный,

    Твоих задумчивых ночей

    Прозрачный сумрак, блеск безлунный,

     Когда я в комнате моей

    Пишу, читаю без лампады,

    И ясны спящие громады

    Пустынных улиц, и светла

    Адмиралтейская игла.

    

    Новаторский характер поэмы проявился в выборе главного героя, в построении конфликта и в решении темы Петербурга. Исходя из названия поэмы, можно предположить, что главный герой — царь, основатель города. Но развитие действия поэмы показывает, что исторически значимой оказывается судьба обыкновенного петербургского жителя. Ничтожный перед великим Петром в обычной жизни, Евгений становится равен ему в общечеловеческом смысле, когда “прояснилися в нем страшно мысли”. Здесь мы наблюдаем трагическое противостояние “правды” преобразователя России Петра I и “правды” обыкновенного страдающего человека.

К-во Просмотров: 1538
Найти или скачать Петербург в русской классической поэзии