Велимир Хлебников - поэт крайностей

    Хлебников возится со словами,
    как крот, между тем он прорыл
    в земле ходы на целое столетие. . .
    О. Мандельштам

    При жизни Хлебников был известен очень узкому кругу литераторов. После его трагической смерти круг этот несколько расширился. Тогда же началась своего рода канонизация Хлебникова как художника и мыслителя для избранных. Его сложные по форме и содержанию стихи до сих пор служат предметом споров и рассуждений литературных критиков. Одни считают его грандиозным экспериментатором и создателем нового поэтического языка, который до конца сумеют постичь только в далеком будущем. Другие склонны думать, что его “новаторство” круто замешено на эстетическом жульничестве, духовном комедиантстве. Запад в XX веке прославился чисто техническими ухищрениями, и Хлебников, мол, не исключение. Называя имя Хлебникова, сразу вспоминают, что он придумал слово “летчик”. Словом, информация о поэте дается такая, что трудно составить для себя какой-то более или менее определенный образ этого поэта. Тем более трудно нам, соотечественникам многих и многих великих поэтов с очень четкими поэтическими чертами.
    Сами великие поэты не могли уловить образа Хлебникова. А. Блок, например, писал: “Подозреваю, что значителен Хлебников. . . ”
    Модернисты особенно поднимали на щит формально-экспериментаторское начало Хлебникова. Приведу одно из типичных стихотворений поэта в этом ключе:

    О, рассмейтесь, смехачи!
    О, засмейтесь, смехачи!
    Что смеются смехами, что смеянствуют смеяльно,
    О, засмейтесь усмеяльно!. .

    Поэт как бы ищет способ волшебного превращения одного русского слова в другое. Но он вовсе не старается нарушить законов русского словообразования, потому что исходит от корня “смех”. Мне кажется, это нормальное словотворчество. В доказательство можно напомнить о существовании русских детских считалок, языческих заговоров. В них тоже на первый взгляд все лишено прямого смысла, но мы ощущаем какой-то таинственный смысл.
    Если рассматривать его стихи с точки зрения поиска звукового образа, то мы найдем этот образ почти во всех его стихах. Например:

    Бобэоби пелись губы.
    Вээоми пелись взоры.
    Пиээо пелись брови.
    Лиэээй — пелся облик.
    Гзи-гзи-гзэо пелась цепь.

    Поэт как бы сам себе доказывал безграничные возможности русского языка. Например, он писал стихи, которые можно читать наоборот — слева направо и справа налево:

    Кони, топот, инок,
    Но не речь, а черен он.

    Но был и другой Хлебников, который, к сожалению, до сих пор остается в тени. Это Хлебников — поэт мудрого зрения, благородных чувств:

    Мне много ль надо? Коврига хлеба
     И капля молока,
     Да это небо,
    Да эти облака!

    Такого Хлебникова поймет и примет и настоящее, и будущее:

    Беру в свидетели потомство
    И отдаленную звезду.

    В одной строчке поэт способен выразить огромный исторический смысл, показать события резко, без тени морализаторства. Например, поэта потрясла весть о расстреле рабочих на Ленских золотых приисках в 1912 году, и он написал: “Вот Лена с глазами расстрела”.
    Проникновенно пишет он о гибели русской военной части во время первой мировой войны:

    И к студеным одеждам привыкнув
    И застынув мечтами о ней, Слушай.
    Смерть, пронзительно гикнув,
    Гонит тройку холодных коней. . .

    Лик войны, холодный и страшный, взирает на нас из этих строк.
    Удивительные крайности умещались в Хлебникове. Но с годами заметно побеждало в нем классическое человеческое начало. Он стремился доискаться до правды, а не до “праязыка”. Его путь можно назвать путем “блудного сына” русской поэзии к отчему дому. Путь был сложным, извилистым, полным различных тупиковых метаний. Но и время было непростое.

К-во Просмотров: 1131
Найти или скачать Велимир Хлебников - поэт крайностей