Человек на воине в трилогии К. Симонова «Живые и мертвые»

    Константина Симонова считают основателем “панорамного” романа о Великой Отечественной войне. Теме Отечественной войны посвятили свои произведения такие известные авторы, как Ю. Бондарев, В. Быков, А. Ананьев, Г. Бакланов, В. Богомолов и другие, выступавшие в традиционных жанрах. Однако трилогия Симонова “Живые и мертвые”, благодаря широте охвата событий и отражения судеб людей на войне, получила особое название — “панорамного” романа или романа-события. В один ряд с симоновской трилогией ставятся “Война” и “Москва, 41-й” И. Стаднюка, “Блокада” А. Чаковского.
    Сам Симонов признавался, что центральное в его романе — это человек на войне. “Мне кажется, что в “Живых и мертвых” я напрасно отдал дань мнимой обязательности для романа наличия в нем семейных линий. И как раз это оказалось самым слабым в моей книге”, — признает К. Симонов. Главная задача автора состояла в изображении правды войны. Это потребовало от него введения большого количества действующих лиц — свыше 200. Причем судьбы многих из них остаются незавершенными. Тем самым Симонов показывает одну из главных драм войны — когда люди пропадали без вести. “Я оборвал эти судьбы сознательно”, — говорит автор трилогии. При этом даже эпизодические герои отличаются у Симонова индивидуальностью.
    Вот как представлен в романе самый бесстрашный из командиров дивизий, который погибает немного ранее Серпилина: “Талызин, бирюковатый по натуре и казавшийся по первому впечатлению малообразованным, на самом деле был хорошо начитан, знал службу и командовал своей дивизией хотя и небезошибочно, но честно: не раздувал успехов и не прятал неудач. И вообще, по составившемуся у Серпилина мнению, был человек высокопорядочный. . . ” Далее в нескольких предложениях Симонов рассказывает об этом человеке буквально все. В сорок первом он вместе с несколькими другими генералами был отдан на Западном фронте под трибунал. Талызину предъявлялось обвинение в трусости и утере управления дивизией.
    За это он был приговорен к расстрелу, замененному десятью годами лишения свободы. Из лагеря просился на фронт и летом сорок второго был послан вновь заместителем командира полка.
    Человек на войне у Симонова — это практически реальный человек, то есть взятый из жизни. Судьба Талызина — это художественное воплощение в романе реальных событий. То же можно сказать и о большинстве судеб героев романа.
    При написании трилогии К. Симонов придерживался принципа историзма. В своей работе он опирался на документы, свидетельства очевидцев, свой собственный опыт.
    Я думаю, что наиболее широко тему сочинения можно раскрыть на примере образа Серпилина, являющегося одним из центральных в повествовании. Образ Серпилина, прошедшего во время войны путь от командира полка до командарма, считается открытием Симонова. С этим образом входят в военную прозу люди трагической судьбы — те, кто был подвергнут репрессиям в 30-е годы. Федор Серпилин был осужден без суда и следствия на десять лет, несмотря на то, что он не признал предъявленных ему обвинений.
    “Фигура комбрига Серпилина сложилась у меня из воспоминаний двоякого рода, — писал Симонов, — во-первых, у меня в памяти осталось несколько встреч в разные годы войны с людьми, превосходно воевавшими и имевшими. . . ту же самую нелегкую биографию. . . Во-вторых, мне врезались в память некоторые эпизоды обороны Могилева в июле 1941 года и облик командира одного из полков. . . человека, не желавшего отступать.

К-во Просмотров: 1678
Найти или скачать Человек на воине в трилогии К. Симонова «Живые и мертвые»